Вы когда-нибудь пробовали управлять тонущим кораблём, на котором команда только что арестовала капитана, а матросы требуют немедленно доплыть до рая, но отказываются грести? Добро пожаловать в март 1917 года. После многовекового самодержавия Россия вдруг оказалась без царя, но с двумя центрами власти сразу — и это был лишь первый абзац той самой «смуты», которую мы привыкли называть Революцией.
Сегодня мы с вами, вооружившись сухими фактами из архивов и здравым смыслом историка, разберём феномен Временного правительства. С точки зрения академической науки, эти восемь месяцев (с марта по октябрь 1917 года) — уникальный пример того, как отсутствие легитимности и отрыв от реальности губят даже самые светлые начинания. И, если вы думаете, что это скучная история про «буржуев», то глубоко ошибаетесь. Это детектив о том, как демократия сама себе прострелила колено. Итак, пристегнитесь — мы отправляемся в Петроград, где власть менялась быстрее, чем питерская погода.
Рождение «подвешенного» государства: почему Керенский не царь, а Милюков не пророк
После того как Николай II подписал отречение (и сделал это, к слову, гораздо спокойнее, чем некоторые современные чиновники подписывают приказы о премиях), в стране образовался гигантский юридический вакуум. По сути, Временное правительство, созданное Временным комитетом Госдумы 2 (15) марта 1917 года, изначально было самопровозглашённым органом. Оно не было избрано народом. Оно было «назначено» самим собой в кулуарах Таврического дворца. И это его ахиллесова пята: не имея царской «сакральности» и не получив народного мандата, оно висело в воздухе.
Хуже того, рядом с ним в том же здании заседал Петроградский Совет рабочих и солдатских депутатов. Эта ситуация получила в учебниках ёмкое название «двоевластие». Но, работая с мемуарами современников, признаюсь: это был не дуэт, а спарринг вслепую. Правительство говорит «Воевать до победного», Совет — «Мир хижинам». Правительство боится трогать землю, Совет уже печатает приказы №1, которые разваливают армию.
Как справедливо отмечает «Большая российская энциклопедия», первые министры (в основном кадеты и октябристы) были прекрасными ораторами, но ужасными управленцами в кризисной ситуации. Их главная ошибка — фатальное ожидание Учредительного собрания. Они всё время говорили: «Мы временные, подождём окончания войны и созыва Собрания, тогда и решим все вопросы». Но в 1917 году ждать никто не хотел. Солдат ждал мира, крестьянин ждал земли, рабочий — хлеба. А правительство предлагало им потерпеть. В политике «потом» равно «никогда». И народ это почувствовал. Создалось впечатление, что власть — это не пункт назначения, а пересадочная станция, где вечно нет свободных мест.
Апрельский звоночек и июльский кошмар: три кризиса «плохих танцоров»
История Временного правительства — это история трёх политических инфарктов. Первый случился в апреле 1917 года. Министр иностранных дел Павел Милюков, человек с академическим блеском в глазах, но абсолютным политическим слухом, направил союзникам ноту. Смысл её был прост: «Россия верна союзническому долгу и будет воевать до победного конца». В кабинетах министров это выглядело как дипломатическая вежливость. На улицах Петрограда — как приговор.
Война уже всех достала. Люди устали от грязи, крови и обесцененных денег. Нота Милюкова стала спусковым крючком для массовых протестов. Результат — отставка Милюкова и Гучкова и создание первого коалиционного правительства, куда впервые вошли социалисты (эсеры и меньшевики). Это был первый звоночек, что народ не хочет старой политики.
Второй кризис (июньский) показал, что коалиция не работает. Наступление на фронте (то самое «наступление Керенского») провалилось катастрофически. Армия, разложенная агитацией и Приказом №1, просто не хотела умирать за непонятные цели. В июле большевики попытались взять власть под лозунгом «Вся власть Советам!», но пока неудачно. Однако ситуация стала критической. Временное правительство, пытаясь удержать контроль, восстановило смертную казнь на фронте — жест отчаяния, который показал, что «самая демократическая власть» готова использовать царские методы.
Но финальным аккордом стал Корниловский мятеж в августе. Генерал Лавр Корнилов, которого Керенский назначил Верховным главнокомандующим, решил навести порядок «твёрдой рукой». Керенский испугался, что Корнилов хочет убрать его самого, объявил генерала мятежником и обратился за помощью… к большевикам и красногвардейцам. Оружие было роздано тем, кто через два месяца свергнет само Временное правительство. Керенский спас свой пост на час, но похоронил авторитет власти навсегда.
Падение «республики без республиканцев»: как хлеб и мир победили ораторов
После ликвидации угрозы корниловщины страна оказалась в уникальной ситуации. Монархия пала, диктатура не сложилась, а демократия трещала по швам. 1 сентября 1917 года Керенский провозгласил Россию республикой. Казалось бы, свершилось то, о чём мечтали либералы веками. Но радоваться было некому, потому что реальной власти у этого правительства уже не было. Экономика рушилась. Денежный станок работал на износ, печатая «керенки», которые уже никто не уважал. В городах начинался голод.
Почему же люди пошли за большевиками в октябре? Тут важно быть честным до цинизма. Ленин предложил два простых тезиса: «Земля — крестьянам» и «Мир — народам». Временное правительство (в его последнем, третьем коалиционном составе) предлагало «Подождать до Учредительного собрания» и «Выполнять союзнический долг». Для уставшего человека на улице, который доедает последнюю селёдку с газетой, выбор был очевиден. Обещание мира перевешивало любые юридические тонкости о легитимности власти.
Изучая протоколы совещаний губернских комиссаров того времени (кстати, уникальный источник), видишь полную растерянность на местах. Центр присылал циркуляры, а регионы жили уже своей, стихийной жизнью. В ночь на 25 октября (7 ноября) 1917 года большевикам не пришлось штурмовать Зимний дворец в том смысле, который мы помним по фильму «Ленин в Октябре». Они просто заняли ключевые точки, и никто этому серьёзно не сопротивлялся. Юнкера разбежались, женский батальон (да, такое тоже было) быстро сложил оружие. Временное правительство пало не под пулями, а под тяжестью собственной недееспособности.
Уроки «плохой бесконечности»
Так закончилась история правительства, которое за 8 месяцев успело сменить 4 состава, выпустить валюту, которую никто не хотел брать, и не решило ни одной из старых проблем, создав множество новых. Временное правительство стало жертвой собственного педантизма. Оно хотело довести страну до Учредительного собрания по учебнику политологии, забыв, что учебники не пишутся во время землетрясения. Для нас, людей XXI века, эта история — напоминание: власть не терпит пустоты. Если ты объявляешь себя «временным», будь готов, что завтра кто-то назовёт тебя «бывшим». Ошибки 1917 года до сих пор кочуют по миру в новых костюмах, и распознать их можно всё по тому же признаку: бесконечные обещания «светлого завтра» вместо действий сегодня.
Добавить комментарий